В России формируется «список Путина»

Премьер-министр Владимир Путин провел совещание по реализации всего того, что он пообещал людям в четверг в ходе прямой линии. Он поручил дополнительно выделить 50 млрд руб.

Премьер-министр Владимир Путин провел совещание по реализации
всего того, что он пообещал людям в четверг в ходе прямой линии.
Он поручил дополнительно выделить 50 млрд руб. на
финансирование службы занятости, предложил банкам
реструктурировать платежи граждан по ипотечным кредитам в
2009 году под государственные гарантии и рассмотреть
возможность сократить темпы роста тарифов естественных монополий.
Также обсуждалась поддержка реального сектора экономики в
условиях кризиса.

Один из участников совещания сообщил газете «Ведомости», что
обсуждалось формирование списка компаний, которым в первую
очередь будет предоставляться господдержка. Речь идет о
150–200 компаниях. Они дают более половины российского ВВП,
отметил чиновник правительства; список создается с целью «не
допустить наращивания их дебиторской задолженности и сокращения
численности». Над перечнем работают Минэкономразвития,
Минпромторг и другие министерства, уточнил он.

Критерии, по которому предприятия смогут попасть в «список
Путина», пока окончательно не определены. Но, по словам
представителя Минпромторга, в первую очередь будут смотреть «не
на компании, а на конфигурацию спроса, чтобы через несколько лет,
когда закончится кризис, войти на конкурентный рынок в полной
готовности». Министерство уже выработало рабочий вариант
критериев, которым должно соответствовать предприятие, чтобы
получить статус системообразующего (см. справку).

Чем большему числу критериев удовлетворяет предприятие, тем
больше у него шансов войти в список: в первую очередь на «место
под солнцем» претендуют предприятия
оборонно-промышленного
комплекса (ОПК), металлургии, главные налогоплательщики субъектов
Федерации и предприятия моногородов, а также те, кто к выходу из
кризиса смогут производить импортозамещающую продукцию, сообщил
чиновник Минпромторга.

Системообразующие предприятия получат помощь в виде кредитов и
госгарантий. Минфин планирует выделить на госгарантии по кредитам
300 млрд руб., говорил ранее глава Минфина Алексей
Кудрин. Эти гарантии будут дополнять залоги, которые компании
предоставляют банкам в качестве обеспечения по займам. В первую
очередь госгарантии получат предприятия ОПК, автопром,
авиаперевозчики по кредитам в четырех госбанках (Сбербанк, ВТБ,
«Газпромбанк», Россельхозбанк), заявил замминистра финансов Антон
Силуанов.

Эксперты неоднозначно оценили правительственную инициативу. С
одной стороны, создание «системообразующего списка» актуально. С
другой – 200 предприятий мало: туда могут попасть
исключительно сырьевые компании с большими объемами экспорта.

Кроме того, появление «списка Путина» – это косвенное
признание того, что банки не кредитуют реальный сектор, а
вкладываются в валюту.

Как писал один из аналитиков, ни один банк, находясь в добром
здравии, получив от Банка России (ЦБ) рублевую ликвидность, не
будет заниматься благотворительностью: «Давайте посчитаем.
Мартовский фьючерс на валютной бирже в Чикаго торгуется по
31,5 руб. за $1. Возьмем рубль (если мы его заняли у
ЦБ) и купим на него доллар по курсу 28 руб. Одновременно
продадим фьючерс на март по 31,5 руб. Грубо – 10% за
3 месяца, или 40% годовых. Имея валюту учета рубль,
допустим, под 20%, получаем 20% арбитражного дохода (арбитражной
называется операция, имеющая целью извлечение доходов путем
перепродажи ценных бумаг или валют по более выгодным ценам на том
же рынке, но в каком-то будущем периоде. – Прим. КМ.RU). Кто
и кому даст по доброй воле в таких условиях рублевый кредит?
Сколько ликвидности из предоставленной ЦБ дойдет до реального
сектора? 20%? 40%?».

То есть теперь деньги в экономику пойдут исключительно по
прямым указаниям правительства. Вероятно, иным способом «пробить
тромбы» никак не получается. Фактически сохраняя приверженность
рыночной экономике, власти делают разворот к социализму, только в
извращенном варианте. Видимо, с коррупцией
(кто-то же будет
«номинировать» предприятия на попадание в список?), с
консервацией неэффективных производств
(социально-значимое
предприятие не всегда является передовым).

Правительственную инициативу обозревателю КМ.RU комментирует
старший научный сотрудник Института экономики РАН Владимир
Филатов:

– Вообще возможности нашего правительства помогать экономике
традиционными методами (как это сейчас делается в Европе и США)
достаточно ограничены. Конечно, можно было бы вливать деньги в
экономику за счет понижения учетной ставки. Но здесь возникает
такая проблема: хотя денег у нас в экономике действительно нет,
зато есть высокая инфляция. Кстати говоря, в Стабфонде (1 февраля
2008 года разделен на Фонд национального благосостояния и
Резервный фонд. – Прим. КМ.RU) денег на самом деле тоже не
так уж много. К тому же это – не какой-то постоянно действующий
механизм, а заначка, которая рано или поздно заканчивается.

Если брать западную практику, то здесь принято решать подобные
проблемы не через стабфонды, а через запуск кредитной эмиссии.
Таким образом, деньги наполняют экономику, и она начинает
худо-бедно проворачиваться. У нас такая система не работает,
потому что у нас нет нормальной банковской системы: активы всех
банков в лучшем случае достигают 40% от ВВП, а, например, в Китае
– 120%, в США – 100%.

Плюс у нас высокая инфляция. Хотя, наверное, она имеет не
монетарный характер. А за рубежом инфляция –
где-то 2%, т. е.
они могут пойти на некоторое увеличение этого показателя. До сих
пор наши банки, по сути дела, играли на разности процентов. Они
брали деньги на Западе под небольшой процент и рефинансировали
российский реальный сектор по гораздо более высоким ставкам. В
реальном секторе у нас очень большая дифференциация эффективности
между сырьевым сектором и обрабатывающей промышленностью. То есть
существует целый комплекс фундаментальных проблем, которые так и
не были решены в период т. н. «жирных лет». И это сужает
возможности правительства в выборе стратегии «спасения всех».

Если «спасать всех», то это – высокая инфляция. Вот почему был
выбран режим «ручного управления» – за счет имеющихся резервов
перекредитовать и облегчить финансовое положение экономики по ее
наиболее критическим и значимым точкам. Понятно, что нужно
рефинансировать ОПК, т. е. тот госзаказ, который изначально
намечался до кризиса. Потому что это – тот сектор российской
экономики, в котором еще остается инновационный потенциал. И если
мы говорим о переходе от сырьевой модели к высокотехнологичной
экономике, то данный шаг вполне оправдан.

Сельское хозяйство тоже нужно поддерживать, несмотря на
сложность экономических условий в этом секторе. Хотя бы для того,
чтобы не увеличить еще больше зависимость от импорта
продовольствия, который и так составляет около 40%. А это –
важный вопрос: когда денег не будет, страна просто не сможет
потреблять импортную продукцию.

А вот что касается нефтяников и прочих сырьевиков, то я бы
поставил их в самую последнюю очередь. Это и так «жирно живущий»
сектор экономики. Понятно, что цены на нефть в мире упали, но их
воспроизводственные условия пока остаются в рамках нормы.
Нынешних $50 за баррель вполне достаточно, чтобы поддерживать
производство и нормально существовать.